sergey_borod (sergey_borod) wrote,
sergey_borod
sergey_borod

Categories:

"Уединенное"

«Я только смеюсь или плачу. Размышляю ли я в собственном смысле? – Никогда!»

В.В. Розанов

В.В. Розанов известен своими афоризмами. Кульминацией его творчества, вероятно, являются поздние произведения, в которых он пытается воспроизвести процесс «понимания» во всей его интригующей и многосложной мелочности и живой мимике устной речи – процесс, слитый с обыденной жизнью и способствующий мыслительному самоопределению. Опубликованные работы «Уединенное» (1912), «Смертное» (1913), «Опавшие листья» (1913-1915) и др. выступают не столько философскими (в академическом смысле) сочинениями, сколько разбросанными в случайном порядке афоризмами, заметками, мыслями, цитатами, напрямую связанными с повседневностью. Они напоминают дневники «философа жизни».
Приводим некоторые интересные высказывания Розанова из работы «Уединенное»:

«Шумит ветер в полночь и несет листья… Так и жизнь в быстротечном времени срывает с души нашей восклицания, вздохи, полумысли, получувства… Которые, будучи звуковыми обрывками, имеют ту значительность, что «сошли» прямо с души, без переработки, без цели, без преднамеренья, - без всего постороннего… Просто, - «душа живет»… т.е. «жила», «дохнула»…»

«Лишь там, где субъект и объект – одно, исчезает неправда»

«Русская жизнь и грязна, и слаба, но как-то мила»

«Боишься потерять нечто единственное и чего не повторится. Повторится и лучшее, а не такое. А хочется «такого»…»

«Из безвестности приходят наши мысли и уходят в безвестность»

«Посмотришь на русского человека острым глазком… Посмотрит он на тебя острым глазком…
И все понятно. И не надо никаких слов.
Вот чего нельзя с иностранцем»

«Секрет писательства заключается в вечной и невольной музыке в душе. Если ее нет, человек может только «сделать из себя писателя». Но он не писатель… Что-то течет в душе. Вечно. Постоянно. Что? Почему? Кто знает? – меньше всего автор»

«Живи каждый день так, как бы ты жил всю жизнь именно для этого дня»

«В мысль проституции, - «против которой все бессильны бороться», - бесспорно входит: «я принадлежу всем»: т.е. то, что входит в мысль писателя, оратора, адвоката; чиновника «к услугам государства». Таким образом, с одной стороны, проституция есть «самое социальное явление», до известной степени прототип социальности, - и даже можно сказать, что rei publicae natae sunt ex feminis publicis, «первые государства родились из инстинкта женщин проституировать»… По крайней мере, это не хуже того, что «Рим возвеличился от того, что поблизости текла река Тибр» (Момсен) или «Москва – от географических особенностей Москвы-реки». А с другой стороны, ведь и действительно в существо актера, писателя, адвоката, даже «патера, который всех отпевает», - входит психология проститутки, т.е. этого и равнодушия ко «всем», и ласковости со «всеми». «Вам похороны или свадьбу?», - спрашивает вошедший поп, с равно спокойной, неопределенной улыбкой, готовой перейти в «поздравление» или «сожаление». Ученый, насколько он публикуется, писатель, насколько он печатается, - суть, конечно, проституты… Проституцию, по-видимому, «такую понятную», - на самом деле невозможно обнять умом по обширности мотивов и существа. Что она народнее и метафизичнее, напр., «ординарной профессуры» - и говорить нечего… В сущности, вполне метафизично: «самое интимное – отдаю всем»…»

«В России вся собственность выросла из «выпросил», или «подарил», или кого-нибудь «обобрал». Труда собственности очень мало. И от этого она не крепка и не уважается»

«Вечно мечтает, и всегда одна мысль: как бы уклониться от работы… Русские…»

«Два ангела сидят у меня на плечах: ангел смерти и ангел слез. И их вечное пререкание – моя жизнь»

«Сатана соблазнил папу властью; а литературу он же соблазнил славою…»

«Сущность молитвы заключается в признании глубокого своего бессилия, глубокой ограниченности. Молитва – где «я не могу»; где «я могу» - нет молитвы»

«Я думал, что все бессмертно. И пел песни.
Теперь я знаю, что все кончится. И песня умолкла»

«Страшная пустота жизни. О, как она ужасна…»

«То знание ценно, которое острой иголкой прочертило по душе. Вялые знания - бесценны»

«С выпученными глазами и облизывающийся – вот я. Некрасиво? Что делать»

«Слабохарактерность – главнейший источник неправдивости. Первая (неодолимая) неправда – из боязни обидеть другого. И вот почему Бог не церемонится с человеком. Мы все церемонимся друг с другом, и все лжем»

«Вся «цивилизация XIX-го века» есть медленное, неодолимое и, наконец, восторжествовавшее просачивание всюду кабака.
Кабак просочился в политику – это «европейские (не английский) парламенты».
Кабак прошел в книгопечатание. Ведь до конца XIX-го века газет почти не было (было кое-что), а была только литература. К концу XIX-го века газеты заняли господствующее положение в печати, а литература – почти исчезла.
Кабак просочился в «милое хозяйство», в «свое угодье». Это – банк, министерство финансов и социализм.
Раз я видел работу «жатвенной машины». И подумал: тут нет Бога.
Бога вообще в «кабаке» нет. И сущность XIX-го века заключается в оставлении Богом человека»

«Человек без роли?
- Самое симпатичное существование»

«Слава – не только не величие; слава – именно начало падения величия… Смотрите на церкви, на царства и царей»

«Европейская цивилизация погибнет от сострадательности… Механизм гибели европейской цивилизации будет заключаться в параличе против всякого зла, всякого негодяйства, всякого злодеяния: и в конце времен злодеи разорвут мир»

«Могучие дерева вырастают из старых почв»

«Взгляните на растение. Ну там «клеточка к клеточке», «протоплазма» и все такое. Понятно, рационально и физиологично.
«Вполне научно».
Но в растении, «как растет оно», есть еще художество. В грибе одно, в березе другое: но и в грибе художество, и в березе художество.
Разве «ель на косогоре» не художественное произведение? Разве она не картина ранее, чем ее можно было взять на картину? Откуда вот это-то?!
Боже, откуда?
Боже, - от Тебя»

«Почему этот соня к тому же вечно врет?... Русские»

«Постоянно что-то делает, что-то предпринимает… Евреи»

«История России – это вовсе не Карамзин, а история водки и недопетой песни»

«Боль жизни гораздо могущественнее интереса к жизни. Вот отчего религия всегда будет одолевать философию»

«Только горе открывает нам великое и святое. До горя – прекрасное, доброе, даже большое. Но никогда именно великого, именно святого»

«Пушкин… я его ел. Уже знаешь страницу, сцену: и перечтешь вновь; но это – еда. Вошло в меня, бежит в крови, освежает мозг, чистит душу от грехов»

«Не будь Шопенгауэра, мне, может, было бы стыдно: а как есть Шопенгауэр, то мне «слава Богу». Из Шопенгауэра я прочел только первую половину первой страницы (заплатив 3 руб.): но на ней-то первою строкою и стоит это: «Мир есть мое представление»
– Вот это хорошо, - подумал я по-обломовски. – «Представим», что дальше читать очень трудно и вообще для меня, собственно, не нужно»

«Язычество – утро, христианство – вечер.
Каждой единичной вещи и целого мира.
Неужели не настанет утра, неужели это последний вечер?...»

«Несу литературу как гроб мой, несу литературу как печаль мою, несу литературу как отвращение мое»

«Любовь подобна жажде. Она есть жаждание души тела (т.е. души, коей проявлением служит тело). Любовь всегда – к тому, чего «особенно недостает мне», жаждущему.
Любовь есть томление; она томит; и убивает, когда не удовлетворена.
Поэтому-то любовь, насыщаясь, всегда возрождает. Любовь есть возрождение.
Любовь есть взаимное пожирание, поглощение. Любовь – это всегда обмен – души-тела. Поэтому когда нечему обмениваться, любовь погасает. И она всегда погасает по одной причине: исчерпанности матерьяла для обмена, остановки обмена, сытости взаимной, сходства-тожества когда-то любивших и разных»
«Грусть – моя вечная гостья. И как я люблю эту гостью.
Она в платье не богатом и не бедном. Худенькая. Я думаю, она похожа на мою мамашу. У нее нет речей, или мало. Только вид. Он не огорченный и не раздраженный. Но что я описываю; разве есть слова? Она бесконечна»
Грусть – это бесконечность! Она приходит вечером, в сумерки, неслышно, незаметно. Она уже «тут», когда думаешь, что нет ее. Теперь она, не возражая, не оспаривая, примешивается ко всему, что вы думаете, свой налет: и этот «налет» - бесконечен»

«В «социальном строе» один везет, а девятеро лодарничают…
И думается: «социальный вопрос» не есть ли вопрос о девяти дармоедах из десяти, а вовсе не в том, чтобы у немногих отнять и поделить между всеми»

«Национальность для каждой нации есть рок ее, судьба ее; может быть, даже и черная. Судьба в ее силе. «От Судьбы не уйдешь»: и из «оков народа» тоже не уйдешь»

«Попы – медное войско около Христа.
Его слезы и страдания – ни капли в них. Отроду я не видал ни одного заплакавшего попа. Даже «некогда»; все «должность» и «служба».
Как «воины» они и защищают Христа, но в каком-то отношении и погубляют его тайну и главное.
Между прочим, ни в ком я не видал такого равнодушного отношения к смерти, как у попов. «Эта метафизика нам нипочем».
Но, однако, при всех порицаниях как страшно остаться без попов. Они содержат вечную возможность слез: позитивизм не содержит самой возможности, обещания.
Недостаток слез у попа и есть недостаток; у позитивистов – просто нет их, и это не есть нисколько в позитивизме «недостаток». Вот в чем колоссальная разница»

«Нужно, чтобы о ком-нибудь болело сердце. Как это ни странно, а без этого пуста жизнь»

«Всегда в мире был наблюдателем, а не участником. Отсюда такое томление»

«С детьми и горькое – сладко. Без детей – и счастья не нужно.
Завещаю всем моим детям, - сын и 4 дочери, - всем иметь детей. Судьба девушки без детей – ужасна, дымна, прогоркла.
Девушка без детей – грешница. Это «канон Розанова» для всей России»

«Всё воображают, что душа есть существо. Но почему она не есть музыка?
И ищут ее «свойства» («свойства предмета»). Но почему она не имеет только строй?»

«Вовсе не университеты вырастили настоящего русского человека, а добрые безграмотные няни»
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments