July 12th, 2014

Хайдеггер как мыслитель традиции

В связи с развернувшейся полемикой вокруг Хайдеггера я бы хотел высказать соображения, которые уже неоднократно высказывались, но которые нелишне повторить. Мне представляется, что проект Хайдеггера среднего и позднего периода - все эти спекуляции насчет нового начала, события-присвоения, воссияния истины бытия, пришествия последнего бога и пр. (а значит и ретроспективно вся проблематика "Бытия и времени") - ориентирован на то, чтобы, грубо говоря, вернуть священное/трансцендентное/божественное измерение в сущее. Вообще хайдеггеровское "бытие", которое дает сущему быть сущим (ср. проблематика "дара"), тесно связано с измерением сакрального. Открыто Хайдеггер об этом почти не говорит, но в некоторых местах проговаривается. Например, рассуждая о греках, в "Пармениде" он пишет, что греческие боги - это не антропоморфные существа, а, скорее, "само бытие, взирающее в сущее". И таких мест - особенно, это касается истины-алетейи - предостаточно. Так, в том же "Пармениде" он утверждает: не больше ли наши современные теологи могли бы понять в вещах божественных, если бы знали рассуждения греков (и самого Хайдеггера) об алетейи? По мнению Хайдеггера, уж явно больше, чем при обращении с метафизическим, пост-платоновским наследием! Мне кажется, что Хайдеггер испытывал неудовлетворение христианской теологией, и он видел в ней продолжение греческой метафизики. О церковном реформаторстве и модернизме я даже не говорю. Похоже, он мыслил себя в рамках философской традиции, однако свою задачу видел именно в реабилитации сакрального (которое, похоже, мыслилось им над-религиозно). Поэтому неслучайно, что к Хайдеггеру такое внимание как со стороны "правых" мыслителей, консерваторов, традицоналистов, так и со стороны разных нью-эйджеров, йогов, западных дзен-буддистов и пр.
Довольно подробно все эти вещи рассматриваются в монографии С.А. Коначевой "Бытие. Священное. Бог. Хайдеггер и философская теология XX века". Приведу некоторые свои наблюдения на основе работ Хайдеггера.

Вот выдержка из "Письма о гуманизме":

"В этой близости к нему [Бытию] выпадает, если вообще выпадает, решение о том, откажут ли и как откажут в своем присутствии Бог и боги и сгустится ли ночь; займется ли, и как именно, день Священного; сможет ли с восхождением Священного вновь начаться явление Бога и богов и как именно сможет. Священное же, которое есть пока еще лишь сущностное пространство божественности, опять же еще только хранящей измерение для богов и для Бога, взойдет в своем свечении только тогда, когда сначала в долгой подготовке просветлится и будет воспринято в своей истине само бытие. Только так, от бытия, начнется преодоление бездомности, в которой блуждают не только люди, но само существо человека.
Бездомность, ожидающая такого осмысления, коренится в покинутости сущего бытием. Она признак забвения бытия. Вследствие его забытости истина бытия остается непродуманной. Забвение бытия косвенно дает о себе знать тем, что человек рассматривает и об­рабатывает всегда только сущее"


А вот оттуда же еще более эксплицитно:

"Лишь из истины Бытия впервые удается осмыслить суть Священного. Лишь исходя из существа Святыни можно помыслить существо божественности. Лишь в свете существа божественности можно помыслить и сказать, что должно называться словом “Бог”. Или мы не обязаны сначала точно понимать и уметь слышать все эти слова, чтобы быть в состоянии в качестве людей, т. е. эк-зистирующих существ, иметь опыт отношения Бога к человеку? Как же тогда человек современной истории мира сможет хотя бы просто с должной серьезностью и строгостью задаться вопросом о том, близит­ся ли Бог или ускользает, если этот человек упустил вдуматься прежде всего в то измерение, в котором единственно только и можно задать такой вопрос? А это — измерение Священного, которое даже и как измерение остается закрытым, если не высветилась и своим просветом не приблизилась к человеку открытость Бытия. Возможно, отличитель­ная черта нынешней эпохи мира состоит в закрытости измерения Свя­щенного. Возможно, тут ее единственная беда."

В маленькой заметке "О Сикстинской мадонне" Хайдеггер размышляет о картине Рафаэля, при этом он пытается обнаружить в ней не эстетическую привлекательность, а образ события Богоявления, которое он связывает с истиной-алетейей (ср. рассуждения об "окне" со словами Флоренского о том, что икона - это окно в другой мир):

"Касательно образа-окна можно было бы спросить: что такое окно? Оконная рама ограничивает открытость просвета, чтобы, придавая границу, собрать открытое, дабы вышло на волю являющееся, светящееся. Окно впускает близящееся свечение и благодаря этому выглядывает вовнутрь идущего в свою наглядность.
Однако в одном-единственном случае — в совершении этого единственного в своем роде образа — образ является и светит не задним числом благодаря уже существующему окну, но сам же образ сначала образует такое окно, — потому-то он и не простой алтарный образ в привычном смысле. Это алтарный образ в гораздо более глубоком смысле.
Живопись по-своему длится. Однако любой образ всегда лишь внезапно входит в свое свечение, образ и есть не что иное, как внезапность свечения. Мария несет на своих руках младенца Иисуса так, что сама же она приносится — производится им в свое прибывание — всякий раз ее выход в наглядность производит то сокровенно таящееся, что присуще ее истоку.
И Мария, и младенец Иисус бытийствуют в приношении, а приношение это, совершаясь, собирается в созерцание, в смотрение, вовнутрь которого и поставлены они оба в своем бытийствовании, на основе которого они и обретают постоянство облика.
В этом образе совершается явление очеловечения Господня — совершается то самое превращение, которое на алтаре совершается как самое центральное событие литургии, как пресуществление.
Однако образ — не отображение и не символ святого таинства пресуществления. Образ — это явление-свечение того времени-пространства, которое есть то место, где совершается таинство пресуществления.
Такое место — это всегда алтарь одной из церквей. Эта церковь неотделима от этого образа, и наоборот. Единственному в своем роде совершению этого образа необходимо соответствует и единственность места — скромное, неприметное место в церкви, одной из многих. Эта церковь в свою очередь — а это значит, и всякая иная отдельная церковь в ее же роде, — все они взывают к единственному в своем роде образу, к единственному в своем роде окну такого образа: он, этот образ, основывает и завершает здание церкви.
Так образ образует место, на каком совершается раскрывающее сокрытие, αληθεια, — образ и бытийствует как такое раскрывание, распахивание. Способ, каким он раскрывает, — это и есть сокрывающееся явление Богочеловека. Истина образа — его красота. Но чувствую, что слова мои остаются лепетом — а этого мало."


А вот из "Черных тетрадей" о русском начале:

"В сущности русского начала заключены сокровища ожидания скрытого Бога, которые превосходят [значение] всех сырьевых запасов. Но кто поднимет их на поверхность? т. е. освободит (так), чтобы высвечивалась их сущность…? Что должно произойти, чтобы таковое стало исторической возможностью?... Само бытие (Seyn) должно в первый раз одарить собою (sich verschenken) в своей сущности и к тому же это должно исторически преодолеть верховенство сущего (Seienden) над бытием, преодолеть метафизику в её сущности"

И еще из статьи В.В. Летуновского ("Был ли Хайдеггер верующим?") о предсмертных днях Хайдеггера:

"Примерно к тому же времени относятся воспоминания еще одного из приятелей Хайдеггера - Макса Мюллера, который рассказывал о том, что когда им с Хайдеггером во время пеших прогулок случалось проходить мимо церкви и часовни, старик всегда зачерпывал горсть святой воды и преклонял колени. На вопрос Мюллера, не есть ли это выражение непоследовательности – ведь он, Хадеййгер, отошел от церковных догм. Хайдеггер на это ответил: «Надо мыслить исторически. В тех местах, где много молились, близость божественного сказывается совершенно особым образом»."

Это только то, что лежит на поверхности... И вообще советую статью В.В. Летуновского (на которую я наткнулся только в последний момент)
http://www.textfighter.org/teology/Philos/Article/filosofiya_letunovskii_vv_byl_li_haidegger_veruyuschim.php
и еще статья по теме: http://www.bogoslov.ru/text/472820.html

Музыкальная пауза

Раньше довольно серьезно увлекался музыка. Сейчас периодически пишу, но очень редко. Мож кому интересно будет. Накидал не так давно вместе с нарезками из разных клипов. Вот такое получилось