March 27th, 2014

Язык и структура когнитивности (обзор работ)

Коллеги, как я уже рассказывал, я пишу сейчас большую работу по проблеме влияния структуры конкретного языка на мышление. На данный момент я завершил предварительную версию обзора современных исследований, который будет составлять ядро книги. Обзор называется "Язык и структура когнитивности". Он посвящен современным исследованиям, в которых рассматривается влияние разных языков на представления о пространстве, времени, движении, субстанции, агентивности, эвиденциальности и пр. Обзор составляет примерно 17 п.л. (220 страниц 12 шрифтом) и включает 735 исследований, преимущественно последних 10-15 лет, о 150 языках. Я готов выслать Вам предварительную версию обзора, если, во-первых, вам это интересно, во-вторых, вы внимательно это прочтете и выскажете свои конструктивные замечания (или просто общие соображения), в-третьих, не будете нигде это выкладывать. Буду благодарен за помощь любого рода. Почту скидывайте в личку. Вот введение:

"«Говорят, что мысли возникают в голове человека до того, как они будут высказаны в речи, возникают без языкового материала, без языковой оболочки, так сказать, в оголенном виде. Но это совершенно неверно. Какие бы мысли ни возникли в голове человека, они могут возникнуть и существовать лишь на базе языкового материала, на базе языковых терминов и фраз. Оголенных мыслей, свободных от языкового материала, свободных от языковой “природной материи”, не существует... Реальность мысли проявляется в языке»

И.В. Сталин «Марксизм и вопросы языкознания»

Австралийские аборигены гуугу йимитхирр ориентируются с использованием сторон света: вместо того, чтобы сказать «Человек стоит слева от дерева», они говорят «Человек стоит к востоку от дерева» или «Человек стоит к северу от дерева». Такая система требует постоянного и бессознательного умения определять направление сторон света и свое расположение относительно них, поэтому аборигены обладают прекрасными способностями к ориентированию на местности, которые превосходят даже способности специально обученных почтовых голубей. Мы не знаем, как аборигены гуугу йимитхирр представляют себе течение времени, однако известно, что австралийские аборигены куук тхайорре, у которых имеется сходная система ориентации, мыслят время как движущееся с востока на запад. Данная метафора отличается от той, что отмечена в европейских языках: носители английского языка, например, склонны считать, что будущее находится впереди, а прошлое – позади. В этой модели учитывается положение человека, поскольку фиксация будущего и прошлого зависит от положения тела, и известно, что в процессе представления будущих или прошлых событий англичане бессознательно наклоняются вперед или назад соответственно. С ними готовы поспорить южноамериканские индейцы аймара, которые, напротив, полагают, что впереди находится прошлое, а позади – будущее, хотя их объединяет с англичанами то, что и в этой модели учитывается положение говорящего. Совсем иначе обстоит дело у папуасов юпно, которые связывают течение времени с главным холмом: время течет вверх по холму, так что прошлое располагается внизу холма, а будущее – наверху, и положение говорящего не имеет значения. Приведенные примеры характеризуются тремя общими чертами: во-первых, они касаются фундаментальных аспектов человеческого опыта – пространства и времени; во-вторых, они свидетельствуют о принципиальных когнитивных различиях между представителями разных культур; в-третьих, во всех случаях имеются основания считать, что определяющим фактором в формировании различий является язык.
Данный обзор посвящен новым исследованиям в лингвистике, когнитивной антропологии, психологии и нейронауке, которые позволяют пролить свет на место языка в когнитивной архитектуре. В центре обзора находится гипотеза лингвистической относительности: представление о том, что структура родного языка влияет на мышление, восприятие, память и отдельные когнитивные способности, что ведет к частичной несоизмеримости когнитивных стилей и картин мира носителей разных языков. Гипотеза лингвистической относительности была впервые сформулирована на профессиональном лингвистическом и антропологическом уровне в рамках американского дескриптивизма, что связано с углубленным изучением америндских языков, обладающих целым рядом особенностей в сравнении с индоевропейскими языками. Ключевую роль сыграло появление компаративных работ Эдварда Сепира и Бенджамина Уорфа в 30-е гг. XX века. С этого периода принцип лингвистической относительности, или гипотеза Сепира-Уорфа, активно изучается языковедами и психологами, но, надо сказать, с переменным успехом. Исследования достигают кульминации в 90-е гг. XX – нач. XXI в., когда лингвистическая относительность, по сути, трансформируется в масштабный антропологический проект, который посредством сравнительного анализа представителей разных культур призван определить подлинное место языка в структуре когнитивности. Такая трансформация лингвистической относительности связана с рядом тенденций в когнитивной науке: конструктивизм, преодоление коммуникативистского взгляда на язык, признание роли телесности и социокультурного опыта в формировании познавательных способностей, ориентация на кросскультурный анализ и др. Она также стала возможна благодаря введению новых приборов и методов для изучения взаимосвязи языка и мышления: компьютер, айтрекер, разнообразные датчики движения, магнитно-резонансная томография (МРТ), функциональная магнитно-резонансная томография (фМРТ), электроэнцефалография (ЭЭГ) и др. С 90-х гг. XX в. количество подвергнутых анализу языковых сообществ выросло в разы, но оно все еще остается ничтожным в сравнении с общим числом народов, существующих на планете. Учитывая тот вызов, который перед малыми социокультурными мирами ставит глобализация, сейчас у нас имеется последний шанс зафиксировать эти миры в аутентичном виде, поэтому крайне необходимо расширение полевых исследований и вовлечение в неорелятивистский проект молодых ученых.
Данный обзор посвящен современному периоду в изучении лингвистической относительности, то есть работам, вышедшим после 1990 г. Во Введении мы вкратце осветим историю проблемы и отметим обобщающие монографии и библиографии. В первой главе будет рассмотрено разнообразие систем ориентации в языках мира, а также роль этих систем в структурировании мышления, воображения, памяти и других когнитивных способностей. Во второй главе мы коснемся домена движения, в частности проблемы маркирования пути и манеры движения; будет показано, как морфосинтаксические особенности языка влияют на риторический стиль, представление и воображение динамичных ситуаций. В третьей главе мы разберем вопрос о лингвистической обусловленности репрезентации времени, в частности будут описаны пространственные метафоры времени в языках мира. В четвертой главе мы коснемся типологии цветообозначений, а также обсудим последние работы, посвященные влиянию цветообозначений на перцепцию носителей языка. Пятая глава посвящена классификаторам: будет затронут вопрос о влиянии наивной категоризации, завуалированной в системе классификаторов, на когнитивные предпочтения носителей языка. В шестую главу мы поместили категории, для которых не посчитали целесообразным выделять отдельные главы; здесь будут рассмотрены именные классы, система числительных, аспект, агенс и пациенс, эвиденциальность и условные конструкции. Седьмая глава на первый взгляд несколько выбивается из общего контекста дискуссии, поскольку она посвящена самостоятельному направлению в современной семантике и когнитивной науке – теории симуляции; однако необходимо принять во внимание, что данное направление, несмотря на его значимость, практически не рассматривалось в русскоязычных публикациях. Мы полагаем, что симуляционная семантика позволяет придать неорелятивизму дополнительное измерение, так что включение этого большого раздела продиктовано стремлением наметить принципиально важные исследовательские перспективы. В восьмой главе представлена попытка инкорпорировать лингвистическую относительность в современную когнитивную и антропологическую модель; мы суммируем результаты по таким проблемам, как когнитивный статус лингвистической системы, структурирование разума в процессе усвоения языка, когнитивный стиль билингвов и влияние языка на нейронную организацию; будет показано, что современное понимание неорелятивистского проекта требует учета открытий, которые сделаны по каждому из этих направлений. В заключительной части обзора мы попытаемся охватить полученные результаты, а также указать перспективы для последующих исследований. Мы убеждены, что недавние открытия должны оцениваться как революционные, поскольку они радикально модифицируют представления классической когнитивной науки о месте языка в познании. Они также затрагивают все многообразие проблем, связанных с теорией языка, мышления и культуры. По нашему мнению, последующий прогресс в лингвистике и психологии невозможен без синтеза лингвистической типологии, лингвистической антропологии когнитивной лингвистики и посткогнитивистских тенденций, подчеркивающих телесность и ситуативность познания. Предварительный вариант подобного синтеза представлен именно в неорелятивистском проекте. Не скроем, что подготовка данного очерка была обусловлена стремлением вовлечь в этот проект русскоязычное интеллектуальное пространство.
Поскольку проблема лингвистической относительности находится на стыке дисциплин, то данный обзор будет интересен гуманитариям широкого профиля – лингвистам, психологам, философам, антропологам. В нем довольно пространно рассматриваются следующие темы: языковая картина мира, категоризация пространства, времени, движения, лексическая и грамматическая типология, когнитивная семантика, психический статус семантических репрезентаций, нейрофизиология языка. Насколько нам известно, это самый подробный и свежий обзор по лингвистической относительности из всех существующих (в него включены работы 2014 года, а также работы, находящиеся в печати). Обзор изначально имел вид библиографии, так что не все области расписаны с одинаковой тщательностью, и в некоторых местах мы просто ограничились обильными ссылками на литературу. Более детальное обсуждение отдельных вопросов читатель может найти в указанных статьях."