March 11th, 2014

Лопатин о Боге, мире и человеке

«Жизнь может и должна быть лишь осуществлением абсолютного добра»

Л.М. Лопатин

           В центре философского и научного творчества Л.М. Лопатина находится проблема соотношения Бога, мира и человека, из которой выводятся психологические и антропологические воззрения русского ученого. Данная проблема рассмотрена в статье А.С. Торнуева «Место и назначение человека в мире в антропологии Л.М. Лопатина». Приводим выдержки из работы:

«Детальное исследование проблемы соотношения Бога, мира и человека Лопатин предпринимает уже в своей магистерской диссертации, посвящая ему раздел с названием «Теизм в пределах рациональной метафизики». Вероятно, название этого раздела стало основанием для характеристики всей разрабатываемой Лопатиным концепции как «рациональный теизм». Свой теистический подход Лопатин противопоставляет прежде всего материализму, который он отвергает как учение «нелепое», противоречащее разуму и отрицающее очевидное…

Опираясь на учение о духовной субстанции как сущности вневременной, Лопатин предлагает различать безусловное, абсолютное как вневременное и условное, конечное как существующее во времени. Лопатин подчеркивает, «безусловное есть вечное, предшествующее каким бы то ни было условиям и определениям времени, самоутверждение; если его понять существующим во времени, от его безусловности ничего не останется... В таком случае оно было бы несомненно обусловлено ограниченностью каждого мгновения своего существования, оно не было бы causa sui (самоутверждением), потому что основание его бытия лежало бы в прошлом, уже истекшем мгновении, т. е. в том, что уже не есть оно, чего уже нет». Поэтому безусловное как таковое, по Лопатину, «мыслимо только сущим всецело вне времени». Вечное самоутверждение оказывается по существу бесконечным, полагающим себя как бесконечность актов, но эти акты так же вечны, как и оно само…

Мир изменений, развивающийся в пространстве и времени понимается как противоположный вечной области абсолютного бытия. Этот мир не есть завершенная полнота, он представляет собой вторичный порядок вещей – «мир отблесков, а не первообразов». Как считает Лопатин, «в конечном мире вещи являются в своем актуальном различии от вечного, в своей внешности ему, а не в своем внутреннем безусловном единстве; это тот же мир первообразов, но в который вступило начало самости и исключительного самоутверждения, в котором поэтому все разделилось и раздвинулось». Поэтому он не равняется первичному порядку и не соизмерим с ним, а лишь коренится в нем, получает свое начало.

Подводя итог, можно сказать, что в рациональном теизме Лопатина Бог оказывается и имманентным миру, как субстанция имманентна своим явлениям, и трансцендентен по отношению к миру, как вневременное трансцендентно существующему во времени. Таким образом, Лопатин преодолевает крайности как трансцендентального идеализма, так и пантеизма, достигая их диалектического синтеза. Становится ясным, что имманентизм и трансцендентизм не отрицают друг друга, а являются двумя сторонами одной истины.

При описании соотношения Бога и мира Лопатин использует еще один метафизический принцип – принцип творческой причинности. Лопатин подчеркивает, что отношение абсолютного начала к условному и конечному является свободным и творческим. По мнению философа, свобода творчества является ключом к тайнам жизни, но эта свобода не бессмысленная и слепая, что было бы отсутствием подлинной свободы как истинного самоопределения, а такая, «которая стройно создает торжество идеала, ею самою поставленного». Поэтому в возникновении мира заключается своеобразная необходимость. «Для Бога, который есть любовь, ничего не творить и оставаться в состоянии безразличной потенциальности значило бы не быть самим собою». Мир оказывается необходимым для Бога, если он есть свободное самоопределение и раскрытие…

В наибольшей степени субстанциональность духа выражена в человеке. В нем она осуществляется в полноте своих существенных признаков – разумности и творческой свободе. В человеке сочетаются две силы. Одна из этих сил «замыкает его в самом себе, делает его центром его бытия, целью своих усилий и забот». Другая сила выводит существо за границы собственной индивидуальности, расширяет круг его действий и превращает его в «служебное звено более обширной сферы действительности (семья, стадо, общество, род)». Таким образом, в человеке инстинкты теряют свое могущество. Он может выбирать между ними и добровольно подчиняться одному из влечений. Для человека открывается возможность «свободного духовного творчества». Именно поэтому человек получает «верховное значение в природе»…

В «Теоретических основах нравственной жизни» Лопатин указывает на то, что картина жизни вселенной показывает, как медленно и с упорной борьбой «стихийное одолевается и просветляется идеальным: бессмыслие, рознь, бесформенность первобытного хаоса подчиняются целесообразности, гармонии, стройности последующих созданий; телеология постепенно приближается к торжеству над природою». Лопатин уверен в неизбежности преобразования мира, ибо Бог при его положительном отношении к своему творению, любя свое творение, не может допустить торжества хаоса и дисгармонии в мире. И если основной признак абсолютного творчества состоит в том, что единое начало осуществляет свою мощь в создании связного множества конечных существ, то его задача должна полагаться в полном воплощении в действительности. Идеальной целью мира оказывается реализация полноты его бытия – «всеобщей внутренней гармонии рядом с совершенством каждого индивидуального звена, его составляющего», а задача жизни заключается в «ее всепроникающей творческой организации»…

Мировая гармония оказывается не принудительным роком, наложенным на существующее извне, а должна быть свободным порождением, осуществляемом с двух сторон: от возвышающейся над миром божественной воли и от самоотверженного стремления индивидуальных духовных субстанций к всеединству сущего». Только в этом случае, согласно Лопатину, может состояться окончательная победа добра над злом. Таким образом, человек в антропологическом спиритуализме Лопатина представляет собой сотворенный конечный дух, «монаду», один из центров духовных сил, обладающих свободной творческой мощью, и находящийся, при открытости абсолютному духовному началу и другим духовным существам, в отношении сотрудничества по реализации полноты бытия и мировой гармонии. Такое понимание соотношения человека с Богом и миром позволяет Лопатину ответить на вопросы о назначении человека и смысле его существования»